РЕЗУЛЬТАТЫ ОПРОСОВ ЧИТАТЕЛЕЙ*:
* - ежегодный опрос ТПП Оренбургской области

Я Вам должен? Это Ваши проблемы!

Сведения об угрожающем росте задолженности россиян перед финансовыми учреждениями в последнее время появляются с завидной регулярностью. Так, в июне кредитное бюро «Эквифакс» поделилось результатами анализа собственной базы. Картина маслом: более четверти заемщиков несут обязательства перед 3_4 банками, тогда как в 2007-м их было менее 5 %. Число россиян с пятью и более кредитами увеличилось до 3,5 %, хотя до кризиса укладывалось в 0,1 %.

В последнее время банки и другие организации, выдающие кредиты, делают акцент на самые распространенные и востребованные продукты для физических лиц – нецелевые потребительские кредиты, кредитные карты, а также ипотеку. Судя по всему, в 2014 году акценты будут расставлены в сторону этих продуктов.

Об этом свидетельствуют тенденции первого квартала. Так, ипотечное кредитование в РФ в январе - апреле увеличилось на 9,4 %, в годовом выражении рост составил 34,4 %, сообщила председатель Банка России Эльвира Набиуллина на встрече с президетом РФ Владимиром Путиным.

Правда, по мнению Э. Набиуллиной, это означает, что банки переключаются с необеспеченного потребительского кредитования на ипотечное кредитование.

«Это дает толчок развитию нашего сектора по жилищному строительству, и в этом отношении банковская система чувствует себя устойчиво», - отметила она.

Оценки же других банкиров не совсем совпадают с мнением главы ЦБ.

Ранее ЦБ сообщал, что в первом квартале объем ипотечных жилищных кредитов, предоставленных банками РФ физическим лицам, составил 334,7 млрд рублей, что на 47,5 % больше, чем в первом квартале 2013 года. Также в кредитной политике смещается акцент с обслуживания «уличных» клиентов на «зарплатных».

Судя по всему, риски невозвратов заставляют банкиров изменить модель поведения. Они уже не гонятся за прибылью, выдавая кредиты первому попавшемуся, а стараются развивать весь спектр услуг. «Сегодня многие кредитные организации уходят от модели монолайнеров, диверсифицируя свой бизнес и стараясь зарабатывать не только на высокодоходном потребительском кредитовании, - подтверждает данный тезис Вилен Ли, директор департамента розничного бизнеса и управления региональной сетью РОСГОССТРАХ БАНКА. - Уже сегодня происходит смещение акцентов на менее рисковые сегменты - автокредитование, ипотеку, кредитование СМБ».

Диверсифицируя свой бизнес и доходы, банки также обращают все больше внимания не только на процентные, но и комиссионные прибыли, стараясь зарабатывать в том числе и на классическом транзакционном банкинге, кросс-продажах и пр.

В целом, по словам главы ЦБ РФ, в январе - мае активы банковской системы выросли на 6,4 %, кредиты экономике - на 8 %, кредиты физлицам - на 5,5 %. Спрос на кредитные продукты не снижается, более того, есть еще неохваченные ниши населения, которым будут интересны кредиты. В то же время клиенты сами с ростом уровня финансовой грамотности начали разбираться в процентах и сравнивать стоимость кредитов, отказываясь от не слишком выгодных для них предложений. Тем самым, по мнению ряда аналитиков, снижается процент невозврата долгов.

Опубликованный на днях отчет Bank of America Merrill Lynch (BAML) добавил сюда несколько любопытных штрихов.

С одной стороны, ситуация не выглядит катастрофой: в среднем россияне должны банкам лишь 17 % своего усредненного дохода, тогда как, например, в Польше цифра больше – 23 %. Одно из объяснений: большинство банков старается как можно дольше не показывать в отчетности рост просроченной задолженности, например пролонгируя кредиты. Ведь от финансовых показателей зависят и бонусы менеджмента. Зачем идти на риск, ввязываясь в судебные разбирательства с неочевидным исходом, если можно пересидеть сложные времена, а там, возможно, должник начнет платить? Однако проблемы плохих кредитов такой подход не решает.

Самые серьезные проблемы у наименее обеспеченных заемщиков, зарабатывающих не более 20 тыс. рублей в месяц, коих по официальной статистике в России больше половины всего экономически активного населения. Им приходится отдавать банкам более половины своего ежемесячного заработка. Но расплатиться смогут не все: долги примерно пяти миллионов человек, по оценке BAML, безнадежны. В действительности же положение еще хуже – в исследовании оценивалась задолженность только перед банками, тогда как, например, задолженность перед ломбардами и микрофинансовыми институтами не учитывалась.

Как считает Вилен Ли, директор департамента розничного бизнеса и управления региональной сетью РОСГОССТРАХ БАНКА, причины роста невозврата кредитов нужно искать в социально-экономической сфере: «В первую очередь, условия для роста «плохих» долгов создает социальный дефолт: рост безработицы и снижение доходов населения. Кроме того, просрочка или невозврат по кредиту возникает в связи с вовлечением заемщиков в мошеннические схемы, чаще всего связанные с получением кредитов в торговых сетях».

Вот как оценивает ситуацию председатель правления ОАО «НИКО-БАНК» Светлана Сивелькина: «В настоящее время «НИКО-БАНК» не ощущает роста количества невозврата кредитов, тем не менее мы фиксируем рост напряженности по погашению  «благополучных» кредитов, по которым ранее отсутствовала просроченная задолженность».

При этом существует определенный уровень проблемных долгов, для возврата которых банк вынужден обращаться в суд. Например, в «НИКО-БАНКе» по состоянию на 01.01.14  г. просрочка сложилась на уровне 1,1 %. В целом по стране этот показатель в 3,8 раза выше.

Обобщая, банкиры отмечают, что увеличивается уровень просроченной задолженности (от трех до пяти дней) по ссудам, по которым ранее она отсутствовала. Данный фактор свидетельствует о снижении платёжной дисциплины заемщиков, ранее не допускавших наличия просроченной задолженности по кредитам. Многие полагают, что наличие случаев выходов на просрочку не играет роли, если она была погашена в короткие сроки. Это заблуждение. Данные факты впоследствии учитываются банками при принятии решения о целесообразности выдачи кредита данной категории заемщиков.

Многократные выходы на просрочку, даже если они краткосрочны, впоследствии могут сделать недоступной возможность получения банковских кредитов для недобросовестных заемщиков и вынудят их обращаться к другим, гораздо более дорогим источникам получения заемных средств на финансовом рынке. Вот здесь сам собой и напрашивается сакраментальный вопрос: кто виноват?

По мнению BAML, главная ответственность за то, что россияне оказались в долгах по самые уши, лежит на кредитных организациях – они слишком агрессивно навязывали займы населению, которое само ни сном, ни духом.

Из презумпции виновности банков, судя по всему, исходят и российские регуляторы во главе с ЦБ, с некоторых пор озаботившиеся стремительным «накапливанием рисков» в  перегретом секторе розничного кредитования. Казалось бы, еще вчера власти против кредитного бума ничего не имели. Наоборот, на бодрых отечественных потребителей смотрели не иначе как на важнейший драйвер экономического роста. И никого особенно не колыхало, что увлеченные иллюзией богатства россияне поддерживают в основном чужую экономику, влезая в долги ради покупки импортного ширпотреба.

Лишь недавно, с приходом в ЦБ Эльвиры Набиуллиной, регулятор начал открыто признавать проблему закредитованности населения, которая, помимо неприятных  социальных последствий, легко транслируется в полноценный банковский кризис. За банки и принялись.

Еще летом ЦБ и Минфин начали обсуждать механизмы фиксации предельной ставки по потребкредитам, которые были согласованы в конце сентября. Одновременно регулятор начал зачистку сектора от банков, ведущих слишком рискованную кредитную политику и замеченных в «сомнительных операциях».

Председатель правления ОАО «НИКО-БАНК» Светлана Сивелькина согласна, что банкам нужно быть осторожнее в кредитной политике: «Безусловно, эффективной мерой при ограничении невозврата кредитов является качественный предварительный анализ банком платежеспособности и кредитоспособности заемщика. Данная мера в совокупности с  анализом кредитной истории заемщика является, на наш взгляд, наиболее существенной профилактической мерой.

Безусловно, заемщик может внезапно потерять работу, может случиться другой форс-мажор, однако данные факторы при грамотной и системной оценке банком платежеспособности заемщиков являются единичными и не могут оказать существенного влияния на количество невозвратных кредитов».

«Кроме того, решать проблему надо и через доступ банков к информации Налоговой  службы, Пенсионного фонда России, уверяет нас Вилен Ли, директор департамента розничного бизнеса и управления региональной сетью РОСГОССТРАХ БАНКА. - Это позволит ограничивать заемщиков в увеличении объема своего долга».

Никто не спорит: очищая рынок от банков, нарушающих законодательство или создающих угрозу устойчивости системе – в том числе из-за слишком рискованной кредитной политики, – регулятор поступает правильно.

Однако жесткость, с которой государство действует в отношении финансовых институтов, слишком ярко контрастирует с лояльностью, с которой оно же относится к сильно  задолжавшим им клиентам.

В конце концов, заемщики – взрослые люди, учившиеся в школе (в том смысле, что элементарной арифметике должны быть обучены). А никого из банкиров, кажется, еще не поймали с раскаленным утюгом, требующим у клиента подписывать кредитный договор.

Попытки возложить всю вину за происходящее на кредитном рынке на банки – и полностью снять ее с самих заемщиков, – не что иное, как очередное явление российского государства в роли доброго патера, освобождающего людей – речь о той самой экономически активной части общества – от ответственности за свои решения и их последствия. Абсурдность подобного положения еще и в том, что по факту ответственное поведение на кредитном рынке становится наказуемым (банки вынуждены поднимать ставки по займам добросовестным заемщикам, чтобы компенсировать потери от недобро_ совестных), тогда как безответственное – нет. Чего ради внимательно вчитываться в кредитный договор и реально оценивать собственные финансовые возможности, если добрый чиновник в обиду не даст?

Напротив, проявления ответственности не поощряются. Скажем, реши ты заранее задуматься о будущей пенсии, так государство найдет, куда пристроить твои накопления. Меры, которые применяют банки относительно должников, являются многоуровневыми и идут по нарастающей. Начинается всё со штрафов и пени, которые могут быть разовыми, либо начисляться на сумму просроченной задолженности.

Первые пять дней, грубо, неделя — это техническая просрочка. Вы, может быть, куда-то уехали, забыли заплатить. Такая просрочка не испортит вашей кредитной истории и не скажется негативно при обращении в другие банки. На седьмой день начина_ ется интересное: за должника принимается служба экономической безопасности или отдел досудебного взыскания банка, называться может по-разному. Должнику поступает звонок из банка. Цель — напомнить клиенту о платеже. На этой стадии из 100 клиентов оплачивают 90. Те, что не просеялись, переходят на следующую ступень обработки. У специалистов этой ступени портфель клиентов меньше, они с ними работают ещё 60 дней. Суть работы: начинают искать ваше ближайшее окружение — родителей, соседей, друзей, коллег. Прозванивают не только вас но ещё и вашу маму, и соседку Нину Петровну. Третьи лица — это сильный рычаг воздействия. Должнику месяц названивали из банка, причём не из одного, потом на нервы капали родители, соседи, начальник. В каком эмциональном состоянии он будет?

С другой стороны, работа сотрудников службы взыскания контролируется — все звонки прослушиваются, за это отвечает отдел внутреннего контроля. У службы взыскания в арсенале есть статья Уголовного кодекса «Мошенничество в сфере кредитования» (ст. 159.1 УК РФ, — прим. Сиб.фм), это очень мотивирует на отдачу кредита. Есть статья 34 Семейного кодекса: всё, что нажито в браке супругами, делится обоюдно. Деньги брали вместе, значит, тратили вместе. В УК РФ есть и статья 177 «Злостное уклонение от погашения кредитной задолженности».

Далее банк связывается с Бюро кредитных историй и передаёт туда данные о задолженности. Это очень серьёзная мера, потому что с испорченной кредитной историей не выйдет взять кредит не только лишь в этом банке, но и в любом банке вообще, а выправить данную кредитную историю очень и очень трудно, и не всегда это может успешно выйти.

Очередная мера – это передача дела в суд. Обычно в суд обращаются, когда переговоры с должником ни к чему не приводят. Если вина будет признана официально, в судебном порядке, то должнику грозит арест его имущества и распродажа последнего по цене, которая значительно ниже рыночной.

Что хуже всего для должника – распродажа имущества будет осуществляться по достаточно низкой стоимости, а потому даже значительная распродажа может не покрыть задолженность. Также возможен принудительный возврат долга через процент (50 %) от заработка.

После этого ограничивается выезд должника за границу, что относится ко всем возможным видам поездок. Ну а затем наступает крайняя мера ответственности – уголовная. Это происходит при доказательстве того, что действия заемщика были мошенническими, что человек изначально не собирался погашать ссуду.

Если долг попал в коллекторское агентство, то это означает, что банк либо не смог установить контакт с должником, либо не добился погашения задолженности. Передача коллекторам – это всегда переход на более серьезную ступень взыскания, повышение «градуса общения», что прекрасно понимают и сами заемщики.

Если не удается заставить должника платить, приходится обращать взыскание на оставленный по кредиту залог. Иногда банк получает имущество должника в виде отступного. В результате накапливаются непрофильные активы, которыми кто-то должен профессионально управлять. Например, в Альфа-Банке есть соответствующее подразделение. Однако активы в нем не копятся — акционеры «Альфы» приняли решение передавать непрофильную собственность, достающуюся от должников, в инвестиционную компанию «А1», также входящую в «Альфа-Групп». Стоимость активов, переданных «А1» Альфа-Банком, оценить пока сложно. По мнению экспертов, сегодня за них можно было бы выручить от $100 млн до $1 млрд.

В этом еще одно отличие частников от государственных банков: частные акционеры готовы ухудшить баланс банка и ждать несколько лет, чтобы получить хорошую прибыль в будущем. Менеджеры госбанков предпочитают жить сегодняшним днем.